100-летие ТАССР: от автономии и коммунизма до цифровой демократии

0
134

Вековой путь республики был непростым и трудным. Но даже в самые сложные исторические периоды Татарстан приумножал и приобретал достояние. 

Госсовет Татарстана провел заседание парламента, приуроченное к 100-летию ТАССР. Руководитель парламента Фарид Мухаметшин выступил с докладом, как республика проходила через непростые и переломные исторические периоды на протяжении века. Председатель Госсовета обозначил, в чем важность опыта и практики, накопленных предшествующими поколениями, и какие новые вызовы стоят перед Татарстаном сегодня. 

– Столетие ТАССР – это рубежный этап в развитии татарского народа, имеющего свои тысячелетние традиции и опыт государственности, часть из которой была позднее востребована при построении Российского государства. Особенно яркие новаторство и ответственные политические устремления Татарстана проявились в бурные 90-е годы на стыке времен и общественных формаций. Потенциал, накопленный ТАССР, сыграл большую роль в повышении самостоятельности. Сохранение межнационального согласия, реализация политики мягкого вхождения в рынок, активное участие в переустройстве России на началах реального федерализма, – заявил Мухаметшин.

Председатель Госсовета совершил небольшой экскурс в столетнюю историю. Республика вместе со страной прошли сложнейшие годы первых пятилеток, репрессии конца 1930-х годов, Великую Отечественную войну, перестройку и распад СССР.

– Вековое развитие нашей республики – тесно увязанный процесс, а в каких-то моментах и сонаправленный политической истории русских земель. Начиная с полиэтничной Волжской Булгарии, Золотой Орды, Казанского ханства и далее, – перечислял председатель. 

Отношения татарских государств с русскими государствами средневековья Мухаметшин называет «совокупностью не самых простых взаимоотношений», суждения по которым он оставляет профессиональным исследователям прошлого. 

На рубеже XIX-XX веков у татар-мусульман России оформился запрос на «большую самостоятельность» в рамках империи. В качестве причины этого называется «расцвет буржуазно-капиталистических отношений» среди татар в конце XIX века. 

– Появление в тот период реформистской идеологии религиозного просветительства – джадидизма – способствовало небывалому росту уровня образованности и подъему национального самосознания, – подчеркнул Мухаметшин.  

Он перечислил таких татарских деятелей и писателей, как Габдулла Тукай, Дэрдмэнд, Фатих Амирхан, Гаяз Исхаки, Галимжан Ибрагимов, Шариф Камал. Напомнил, что в годы образования ТАССР обсуждались разные формы государственности татар вместе с башкирами. 

– Серьезно обсуждался проект оформления государственности татар и башкир в виде Урало-Волжского штата, а также его идейно-политическая альтернатива – Татаро-Башкирская Советская Республика… Ожесточенные сражения Гражданской войны отодвинули вопросы национально-территориального устройства Казанской губернии в тот период на второй план. Вместе с тем после завершения военных действий, долгого поиска конкретных форм был предложен новый взгляд на создание теперь уже Татарской республики, – заявил Мухаметшин. 

Он напомнил, что судьбоносный Декрет «Об образовании Автономной татарской Социалистической Советской Республики», принятый 27 мая 100 лет назад ВЦИКом и Совнаркомом РСФСР, был подписан Михаилом Калининым, Владимиром Лениным и Авелем Енукидзе. 

Мухаметшин рассказал о некоторых важных моментах, которые были запечатлены в этом историческом документе. 

– Среди прочего декларировалась прямая обязанность Федерации содействовать республике в достижении фактического равенства с другими автономиями; снабжать ее из общих средств необходимыми для этого финансовыми и техническими средствами, – зачитал Мухаметшин. 

25 июня, почти через месяц со дня подписания Декрета, Казанский губисполком в торжественной обстановке передал власть временному Революционному комитету, во главе которого был Сахиб-Гарей Саид-Галиев.

– Российской коммунистической партии (большевиков) и Советам удалось мобилизовать энергию и энтузиазм масс, что дало результат в виде довольно быстрого преодоления послевоенной разрухи, голода и социальных экспериментов. Пользуясь статусом автономии, руководство республики тех лет успешно реализовало ряд мер, направленных на укомплектование госаппарата национальными кадрами, развитие национального образования, культуры и искусства, – рассказывал руководитель парламента. 

Ещё в самом начале образования ТАССР лидеры молодого региона поднимали перед федеральным центром вопрос о повышении статуса автономий, уравнивании их с союзными республиками. Здесь Мухаметшин вспоминает выступления Мирсаида Султан-Галиева в Наркомнаце РСФСР в начале 1920-х годов. А затем отмечает, что в 1923-1924 годах случился разгром сторонников Султан-Галиева. Поэтому все те немногие завоевания, что были в сфере национальной политики в ТАССР, были фактически свернуты. 

– Маятник «стихийного федерализма» качнулся в обратную сторону: обещая на словах развитие культуры, языков, государственности народов России на основе самоопределения, большевики на деле не признавали политической субъектности национальных меньшинств. А в годы большого террора – государственные и партийные органы республики, как и всей страны в целом, и вовсе были подвергнуты тотальной чистке, – вспоминал трагические страницы истории ТАССР Мухаметшин. 

Он зачитал список имён, кто был убит во время сталинских репрессий. К высшей мере наказания были приговорены четыре из семи председателей президиума ТатЦИКа: Рауф Сабиров (1921-1924), Шайгардан Шаймарданов (1924-1927), Миннегарей Ахметшин (1927-1929), Гумер Байчурин (1934-1937). Еще один, Харис Мратхузин (1929-1933) отбыл срок в лагерях, затем воевал в штрафбате.

– Все они были реабилитированы позже, многие, к сожалению, посмертно, – говорит Мухаметшин.
Для объективности стоит вспомнить о некоторых и позитивных моментах в период массового террора, что были в ТАССР.

– Казалось бы, парадоксально, но именно на пике репрессий эволюция конституционно-правовой системы СССР выразилась в закреплении единообразной парламентской формы правления. В республиках были избраны Верховные советы, сыгравшие значимую роль в накоплении практики советского государственного строительства, – перечислял Мухаметшин. 

Здесь спикер парламента, конечно, не пребывает в иллюзиях, что законодательные органы Советского Союза были той же решающей политической силой, что и на Западе. Советская специфика всё-таки была. 

– И хотя наши законодательные органы отличались от западных аналогов по степени самостоятельности, формированию повестки, с точки зрения реального представительства, содержания полномочий они ни в чем не уступали передовым демократическим образцам тех лет, – сказал Мухаметшин. 

Он напомнил о достижениях по части ускоренной индустриализации, которая была в тот период в ТАССР. 

– Надо понимать, что, несмотря на «террор» и перегибы коллективизации, формирование новых институтов государственности проходило на волне общественного энтузиазма, подкрепленного успехами «большого рывка» в экономике, ростом авторитета СССР на международной арене. Во многом благодаря этой системе в годы предвоенных пятилеток была реализована политика ускоренной индустриализации и технического переоснащения села, – сказал председатель парламента. 

Первые 20 лет существования ТАССР Мухаметшин определил так: 

– Пройдя путь, полный свершений и трагических страниц, за 20 лет с момента образования ТАССР выросла в полноценную советскую автономию со своей Конституцией, органами власти, в том числе и на местах. 

Далее Мухаметшин напомнил о той роли, которую ТАССР сыграла в годы Великой Отечественной войны.

– В ряды действующей армии из республики отправилось около 700 тыс. человек, было сформировано семь только стрелковых дивизий, а ещё танковая бригада, зенитно-артиллерийский полк и прочие войсковые соединения. Только вдумайтесь: из тех, кто убыл на фронт, погиб почти каждый второй, 50 тыс. наших земляков вернулись инвалидами! Мы по праву гордимся подвигами и воинской доблестью татарстанцев: 225 из них удостоены звания Героя Советского Союза, 48 стали полными кавалерами орденов Славы, более 200 тысяч награждены орденами и медалями, – перечислял Мухаметшин.

Несмотря на масштабные человеческие потери из-за войны, ТАССР сложный период 1941-1945 годов прошла, и даже со значительными приобретениями.

– Ценой неимоверных усилий, которые легли в основном на пожилых людей, на женские и детские плечи, сельские труженики республики стабильно снабжали войска продовольствием. Без преувеличения скажу, в ходе Великой Отечественной наша республика закалилась, окрепла, стала прочной системной основой государства Победителей. Вопреки попыткам пересмотра итогов Второй мировой войны именно советский народ внес определяющий вклад в победу над фашизмом, – подчеркнул глава Госсовета. 

Военная Татария приняла свыше 70 заводов и фабрик, 33 института Академии наук СССР, Наркомат финансов, Госбанк СССР и ряд других ведомств (в общей сложности свыше 266 тысяч человек). Наши госпитали вернули на фронт более 200 тысяч воинов.

Послевоенный период для ТАССР тоже дался непросто. В этот период республика ощутила на себе перекосы и перегибы руководителей Советского Союза.

– Безусловно, ТАССР в полной мере испытала на себе негативные последствия волюнтаристских решений тех лет: перезонирование, увлечение коллективными формами хозяйствования, интернационализация культуры… О насущных проблемах этого периода открыто говорили Гази Кашшаф, Гумер Баширов, Нурихан Фаттах, Амирхан Еники, Сибгат Хаким, Салих Баттал, Наки Исанбет, – перечислял Мухаметшин. 

Однако именно после войны у ТАССР также были экономические приобретения. На Каме был построены нефтехимкомбинат, шинный завод, КАМАЗ. Казань превратилась в значимый центр самолето-, приборо-, машиностроения, отечественного ОПК. Развитие получили такие города, как Альметьевск, Нижнекамск и Набережные Челны. 

Такое бурное экономическое развитие республики шло явно вразрез с положением рядовых жителей ТАССР, с тем, в какой степени они были обеспечены товарами, услугами, социальной инфраструктурой.

– К 1980-м годам объем промышленной и сельхозпродукции, произведенной в расчете на одного татарстанца, на треть превышал аналогичный показатель по СССР. Однако производя столько же, сколько три прибалтийские республики вместе, Татарстан имел меньший бюджет, чем каждая из них в отдельности. Было очевидно, что усеченная автономия существенно сдерживала возможности дальнейшего социально-экономического развития республики, – рассказывал Мухаметшин.

Нарастание такого противоречия в итоге привело к закономерному росту популярности в общественном сознании идеи повышения государственного статуса Татарстана. 

– Вслед за Россией 30 августа 1990 года Верховный совет ТАССР под председательством Шаймиева единогласно принимает Декларацию о государственном суверенитете. Думаю, здесь будет уместным сказать, что Минтимер Шарипович сыграл огромную роль в возрождении государственности Татарстана на всех этапах своей политической биографии, – рассказывал Мухаметшин. Он поблагодарил Шаймиева аплодисментами, впрочем, как и все другие депутаты Госсовета.

Руководитель парламента напомнил, что в этом году также круглый юбилей будет Декларации о государственном суверенитете. Документу и всем сопутствующим ему событиям исполняется 30 лет. 

– Реализуя неотъемлемое право татарской нации, всего народа на самоопределение (как сказано в Преамбуле), республика стала первопроходцем в освоении конституционно-договорной практики, отстаивании федерализма и толерантности в стране. Впервые в нашей истории была самостоятельно разработана и утверждена новая Конституция, в основу которой легли Декларация о государственном суверенитете Татарстана и итоги впервые же проведенного референдума по государственному статусу республики. В 1991 году был учрежден институт президентства, – вспоминал Мухаметшин. 

Но и эти события тридцатилетней давности были непростыми, не всегда однозначными. 

– Дух новаторства, нашедший выражение в опережающем нормотворчестве по многим сферам, зачастую вел к расхождениям в выстраивании экономической политики, распоряжении собственностью, доходами и прочим. Тем не менее руководители республики всегда искали и находили политические компромиссы с федеральным центром, который, кстати, разделял заинтересованность в развитии такого региона, как Татарстан. Опирались при этом на поддержку народа при защите наших позиций в самых различных инстанциях. Универсальным инструментом согласования интересов сторон и учета национально-исторической специфики того периода стали Договоры о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти России и Татарстана 1994 и 2007 годов, – напомнил присутствующим Мухаметшин. 

По его словам, инициативность и самостоятельность Татарстана в 90-х годах была оправдана тем, что таким образом федеральный центр «разгрузил» себя от ответственности за федеральные программы и функции.

Татарстан своими силами реализовывал такие направления, как программа газификации, переработки нефти, адресная социальная защита, ликвидация ветхого жилья и так далее. 

– В начале 1990-х годов были заложены прочные основы современного татарстанского общества, главными ценностями которого стали гражданский мир и межнациональное согласие. Атрибуты политической практики тех лет – согласованное и конструктивное взаимодействие всех ветвей и органов власти – и сегодня составляют прочный фундамент действующей модели государственности Республики Татарстан. Наш подход, известный ныне как «мягкое вхождение в рынок», позволил в значительной мере сохранить экономический потенциал в условиях переходного периода. Избежать обвального падения уровня жизни населения. Значимой составляющей «модели Татарстана» выступает государственная национальная политика, направленная на утверждение атмосферы взаимного уважения между представителями 173 этносов, проживающих в нашей республике, – подвел итоги развития Татарстана в 90-х годах Мухаметшин. 

Будущие цели, задачи и направления развития республики парламентарий определил так: 

– Контуры политической эволюции видятся в дальнейшем укреплении парламентаризма, субсидиарности, местных сообществ, институтов «цифровой демократии». Тем более это заложено и логикой инициированной в нынешнем году конституционной реформы страны… Каким будет Татарстан, перешагнувший 100-летний рубеж, какое место займет в обновляющейся Федерации, в сетевом глобальном сообществе – это во многом зависит от нас с вами. Мы должны продемонстрировать, что у нас достаточно сил, прозорливости и достоинства не свернуть с избранного пути, – заключил Фарид Мухаметшин.

Ильнур Ярхамов

kazanfirst

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here