«Маму вашу сейчас выпишем из клиники и посадим на скамейку. Она просто погибнет»

0
131

Бывший тренер Алины Загитовой, больная онкологией, не может вернуться из турецкой клиники на родину — рейсов нет, долг составляет 4 миллиона

Тренер по фигурному катанию Ольга Тюмкова, долгие годы работавшая в Набережных Челнах, стала заложницей ситуации с коронавирусом. 63-летняя женщина уехала на лечение в стамбульскую клинику «Анадолу» 1 марта и до сих пор не может вернуться обратно из-за отмены авиасообщения между Россией и Турцией. Тем временем долг за медицинские услуги и пребывание в Стамбуле уже дошел до 4 млн рублей, а возвращать пациентку домой никто не торопится.

ВСЯ НАДЕЖДА НА СТАМБУЛ

Историю, которая грозит обернуться трагическим финалом, «БИЗНЕС Online» рассказал сын Ольги Тюмковой — Никита. Еще год назад его мама Ольга Михайловна обучала в Ижевске детей фигурному катанию. Когда уехала из Челнов в Ижевск, некоторое время тренировала известную олимпийскую чемпионку Алину Загитову. Но спокойной старости помешал установленный диагноз — «рак яичников в третьей стадии».

«В Ижевске с медициной дела обстоят, мягко говоря, не очень. Я обратился через знакомых к врачам казанского РКОД. Там маму обследовали, мы прошли пару курсов химиотерапии, ей сделали операцию, отправили в Ижевск по месту проживания, — рассказывает Никита. — Лечение шло до конца 2019 года. Но после январских каникул маме стало хуже. Она перестала есть. Исхудала очень сильно. Начались судороги. Я снова привез ее в Казань. Ее вроде опять откачали, она начала ходить. Но лечащий врач сказал, что ничего уже сделать не могут, так как поражены внутренние органы. Оперировать нечего. И посоветовал отвезти маму в хоспис, где пациенты доживают последние дни под присмотром врачей».

Посоветовавшись с младшим братом Дмитрием, Тюмков решил, что умереть в больничной палате хосписа — это не вариант. И семья начала искать другие пути для того, чтобы продлить жизнь Ольге Михайловне и как-то улучшить ее качество. Одна знакомая посоветовала Никите отправить больную женщину в известную стамбульскую клинику «Анадолу», где помогли и ее матери.

«Мне еще в самом начале истории предлагали туда везти маму, потому что здесь, в России, лечиться — только время зря терять. Но когда нам назвали цифру — тысячи евро, я понял, что не располагаю такой суммой. Вообще, веду скромный образ жизни. Но пообщался с друзьями, людьми, кто может помочь. Меня ободрили, сказали, что такой шанс нельзя упускать, пообещали помочь финансово. Я отправил в клинику все анализы, эпикризы, выписки. И нам предложили лечение там и операцию», — продолжает Тюмков.

В итоге 1 марта младший сын Дмитрий вместе с мамой полетел в Стамбул. По словам Никиты, Ольга Михайловна находилась в тяжелом состоянии, у нее были обмороки, стало пропадать зрение. Она не могла принимать лекарства, потому что был поражен кишечник. Силы ее покидали, за границу Тюмкова полетела «на последнем издыхании».

Как рассказывает старший сын, в первую неделю женщине провели обследование, стоимость которого составила 400 тыс. рублей. Их, по словам Никиты, оплатили в несколько траншей. Потом предполагалась операция ценой в 2 млн рублей. Однако по ходу получения анализов врачи передумали и решили продолжать противоопухолевое лечение. Назначили химиотерапию.

«В это время началась история с вирусом. Плюс почти одновременно произошел конфликт Турции и Сирии. Брат все это время был там и видел прямо из окон клиники, как к берегам подошли военные корабли, а по улицам стали бегать автоматчики. В итоге, как только зарегистрировали первый случай коронавируса в Турции, больницу закрыли для посещений. Представители администрации отеля при больнице, в котором жил брат, сказали, что нужно выселяться. Был вариант остаться в клинике с мамой, но без возможности к ней попасть. И платить за это надо было бы 6 тысяч рублей в сутки. Денег таких не имелось. Оставаться стало нецелесообразно», — объясняет Никита. Поэтому решено было возвратить на родину брата.

Тем временем состояние Тюмковой ухудшилось. После «химии» у нее 6 раз останавливалось сердце, последний раз — на 12 минут. В течение пяти дней россиянка была в реанимации, после чего ее вернули в стационар. Сейчас, по заверениям Никиты, Ольга Михайловна лежит на капельницах, присмотр за ней осуществляют врачи. Пациентку, можно сказать, вернули к жизни.

Никита Тюмков: «Из центра медицины катастроф отправили запросы в минздрав. Пока они ничего не обещают, говорят, что от нас все документы получили, но обработка информации займет несколько дней. Мы звоним чуть не каждый день, но четких сроков нам не называют»Никита Тюмков: «Из центра медицины катастроф отправили запросы в минздрав. Пока они ничего не обещают, говорят, что от нас все документы получили, но обработка информации займет несколько дней. Мы звоним чуть не каждый день, но четких сроков нам не называют»Фото предоставлено Никитой Тюмковым

ДОЛГ ВЫРОС КАК СНЕЖНЫЙ КОМ

Теперь же братьям Тюмковым из-за границы летят счета и угрозы от менеджеров клиники. По словам Никиты, за лечение и пребывание в «Анадолу» у Тюмковых образовался серьезный долг — около 4 млн рублей. В ситуацию с оплатой тоже внесла коррективы пандемия коронавируса. Люди, которые могли дать в долг, теперь сами оказались без денег, на работе, как утверждает Никита, официально помогали — переводили некоторые суммы, но опять же все заморозилось из-за кризиса. «Так и говорят: „Никита, извини, непонятно, что будет завтра“. Офис остановился, все движения по фирме — также. У врачей там, в Турции, тоже паника. Они выставляют счета. Сначала 500 тысяч рублей, потом 3 миллиона. Началось давление. Менеджеры клиники иззвонились, угрожают, шантажируют. Начали с маминого телефона отправлять СМС-ки, довели ее, она оттуда мне в слезах звонила. Говорят: „Платите, а то мы лечение остановим. Маму вашу сейчас вывезем из клиники, отвезем в аэропорт и посадим на скамейку. Либо положим в номер в самом дешевом отеле. Она без сопровождения не справится. Она скончается, и вы ее не увидите“. Но у нас руки связаны. Мы сами за ней полететь не можем, забрать — тоже. Все закрыто», — объясняет всю серьезность ситуации сын Тюмковой.

Братья стали бить во все колокола, обращаться в инстанции и министерства. Написали в МИД РФ, уполномоченному по правам человека, в Красный Крест, в консульство России в Турции. Однако, как утверждает Никита, телефоны министерства не отвечают, все письма в личные кабинеты остаются без ответа. Откликнулось на мольбы о помощи только консульство, сообщив уже известную информацию о том, что авиарейсов нет. Как утверждает Тюмков-старший, в их силах лишь встретить Ольгу Михайловну на пороге аэропорта и посадить на самолет. Но консул дал и робкую надежду, посоветовав обратиться во Всероссийский центр медицины катастроф при минздраве РФ.

«Сейчас мы ведем переговоры с этим центром, — заверяет Никита. — Они уже связались с клиникой. Но вся проблема в том, что нет никаких международных рейсов. А мама сама не ходит, не двигается. Ей в любом случае нужно сопровождение, врач, который будет наблюдать за ее состоянием в полете. По приблизительному развитию событий, даже если там найдется какой-то борт и мама прилетит в Москву, ее поместят там на карантин на две недели. В общем, из центра медицины катастроф отправили запросы в минздрав. Пока они ничего не обещают, говорят, что от нас все документы получили, но обработка информации займет несколько дней. Мы звоним чуть не каждый день, но четких сроков нам не называют. Все ждут решений. Это пока единственная наша зацепка».

О долгах перед клиникой Никита пока ничего конкретного сказать не может, утверждая, что у семьи нет ни квартиры, ни машины, ни имущества, которое можно было бы заложить. Кроме того, в условиях кризиса, который накрыл страну, непонятно, вернется ли Тюмков к рабочей деятельности. «Я написал всевозможные расписки этой клинике. Но пока не знаю, как отдавать. Счет был приблизительный перед поездкой. Никаких предварительных договоров мы не составляли. Нам выставляли только счета на лечение. Но долг вырос как снежный ком, а платить мы не можем», — подытоживает сын россиянки.

По словам Казарина, местные врачи отказались от лечения, прописав ей симптоматическую терапию. Поэтому лечение решено было продолжить в ТурцииПо словам Казарина, местные врачи отказались от лечения, прописав ей симптоматическую терапию. Поэтому лечение решено было продолжить в ТурцииФото: «БИЗНЕС Online»

«ЧЕЛОВЕК НЕ ДОЛЖЕН УМИРАТЬ ОДИН В ЧУЖОЙ СТРАНЕ»

Среди сочувствующих Ольге и руководитель представительства медцентра «Анадолу» в Казани Антон Казарин. Он считает, что здоровью и жизни женщины действительно угрожает большая опасность. По словам Казарина, местные врачи отказались от лечения, прописав ей симптоматическую терапию. Поэтому лечение решено было продолжить в Турции. «Наше казанское представительство помогло оформить семье все документы, паспорта, чтобы женщина вместе с сыном могла выехать на лечение. Изначально предполагалось, что ей проведут операцию. Стоимость, которую согласовали с клиникой, составляла порядка 3 миллионов рублей. Однако буквально за день до вылета состояние Ольги ухудшилось, пришлось забирать ее прямо с летного поля на скорой. Состояние пациентки было тяжелым. У нее действительно произошла остановка сердца, но турецкие врачи смогли ее вытащить с того света. Провели курс противоопухолевого лечения, ей стало гораздо лучше», — повествует Казарин.

Однако дальнейшее поведение сыновей пациентки Казарина как минимум озадачило — его версия событий не совпадает с той, которую озвучивает сын пациентки. И речь тут не только о быстром отъезде младшего сына после ограничений полетов, но и о повисшем в воздухе вопросе оплаты за оказанные клиникой услуги.

«Ситуация просто трагическая, — считает Казарин. — Старший сын перестал выходить на связь, не берет трубки, когда я звоню. Младший сын, сопровождавший Ольгу в клинику, 22 марта, как только начались разговоры об ограничении полетов в Турцию, быстренько собрал вещи и уехал в Россию. У Ольги нет ничего: ни денег, ни банковских карт. Они оставили ей только телефон и паспорт! Она лежит одна на этаже! Никого рядом больше нет. В конце марта мы рассматривали вариант отправки ее в Россию, работали с консульством, но в этот момент границы закрывают совсем. Российский консул благодарит нас и умоляет продолжать ее лечить. Но мы же не государственная клиника! Мы не можем лечить бесплатно! Я боюсь, что все закончится трагически. Руководство примет решение выписать ее в отель, и Ольга просто погибнет. Это ужасно, и я не понимаю, чем эта женщина заслужила такое отношение к себе сыновей».

По словам Казарина, в представительстве забеспокоились спустя три недели после отъезда Ольги, когда обещанной оплаты так и не поступило. «Никита нас убеждал, что все в порядке, что предприятие, где он работает, решает вопрос с перечислением денег. Потом начались абсурдные ссылки на то, что якобы из-за карантина банки не функционируют в России, не работает бухгалтерия. Это изначально было подозрительно, так как на любые просьбы назвать предприятие он отвечал отказом. А потом он просто перестал брать трубку. Мы начали выяснять, и оказалось, что никакого предприятия и никакой бухгалтерии нет, а Никита — это обычный казанский тусовщик, диджей, который устраивает какие-то выездные закрытые вечеринки в Казани», — утверждает Казарин.

В разговоре с «БИЗНЕС Online» Никита пояснил, что компания занимается поставкой различных приборов, промышленного оборудования и сейчас действительно вынуждена была приостановить свою деятельность. Отметим также, что на него зарегистрирована единственная компания в Ижевске — ООО «Мастер ПРО» с основным заявленным видом деятельности, связанной с перевозками. Однако официальная дата ее образования значится 23 марта 2020 года.

Казарин утверждает, что, будучи представителем офиса «Анадолу» в Казани, пытается всеми силами сделать так, чтобы пациентка не оказалась на улице. «Я понятия не имею, что сейчас сделает клиника. Ее действительно могут просто отвезти в отель, что для нее будет смертным приговором. Ведь у нее нет денег за отель заплатить. Консул нас благодарил и умолял не выписывать ее. Мы сначала думали, что сможем отправить ее, закрыв хотя бы на время глаза на долг. Человек не должен умирать один в чужой стране, без семьи. Но после окончательного закрытия границ и этот вариант отпал. Консул тоже лишь разводит руками. Возможно, власти могут как-то подключиться к этой истории или общественность. Мне безумно жалко эту женщину, и, что будет с ней дальше, я не знаю», — заключает собеседник.

Отметим также, что представительство стамбульской клиники в Казани работает уже 6 лет. За это время удалось оказать помощь уже сотням россиян. Задача офиса в Казани заключается в организации либо дистанционных консультаций с турецкими медиками, либо, если человек готов лететь и согласен со стоимостью, лечение непосредственно в клинике Турции. Казарин утверждает, что в «Анадолу» побывало уже много пациентов из Татарстана. Причем после начала пандемии коронавируса представителям клиники в Казани пришлось буквально несколько недель ночевать на работе, чтобы срочно организовать отправку на лечение уже обратившихся людей. Пациенты запрыгивали в последний вагон, улетая в Турцию всеми правдами и неправдами, потому что знали, что из-за пандемии смогут вернуться туда нескоро.
Подробнее на «БИЗНЕС Online»: https://www.business-gazeta.ru/article/464397

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here