Попала с домом Федина: в Чистополе скандал вокруг снесенного пристанища советского писателя

0
23

Собственница построила на месте объекта культурного наследия коттедж. Теперь его сносят по суду, в перспективе — уголовное дело

«Я обыкновенный покупатель, у дома не было охранных документов», — заявила после решения суда собственница новостроя на месте ОКН Татьяна Мусина. Однако комитет по охране памятников настаивает на своем: Мусину неоднократно предупреждали об особом статусе ее владения и сносить его без разрешения она не имела права. Если решение вступит в силу, придется разрешить другую коллизию — восстанавливать ли здание, обладающее только мемориальной, а не архитектурной ценностью?

На фото дом, в котором в 1941–1943 годах жил и работал Константин Федин, советский писатель и журналист, первый секретарь и председатель правления Союза писателей СССРНа фото дом, в котором в 1941–1943 годах жил и работал Константин Федин, советский писатель и журналист, первый секретарь и председатель правления союза писателей СССРФото предоставлено комитетом РТ по охране ОКН

«Я ОБЫКНОВЕННЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ, БУДУ ОБРАЩАТЬСЯ ВЕЗДЕ, ГДЕ ТОЛЬКО МОЖНО»

Чистопольский районный суд вынес беспрецедентное для города решение — собственницу дома на улице Бутлерова, 91, обязали снести коттедж, построенный на месте уничтоженного объекта культурного наследия республиканского значения. Речь идет об одноэтажном деревянном доме, в котором в 1941–1943 годах жил и работал Константин Федин,советский писатель и журналист, первый секретарь и председатель правления союза писателей СССР. Новая хозяйка дома, Татьяна Мусина, снесла постройку в 2019-м и возвела на ее месте одноэтажный бревенчатый дом с мансардным этажом.

Иск о сносе постройки исполком Чистопольского района подал в сентябре 2020 года, а решение по нему вынесено 4 февраля. Начальник юридического отдела исполкома Роберт Зарипов рассказал корреспонденту «БИЗНЕС Online», что судом исковые требования были удовлетворены полностью. Истец просил признать объект недвижимости, расположенный по адресу: ул. Бутлерова, 91, находящийся на территории утраченного объекта культурного наследия, самовольной постройкой. Второй пункт иска обязывает Мусину снести данную самовольную постройку в срок не более 6 месяцев. «У истца есть месяц на обжалование судебного решения, в лучшем случае в сентябре решение будет исполнено, — заметил Зарипов. — Но рассчитывать на это преждевременно, учитывая, что ответчик намерен обжаловать решение в Верховном суде РТ, а потом и в апелляционных судах». 

Снесенный дом Константина ФединСнесенный дом Константина ФединаФото предоставлено комитетом РТ по охране ОКН

Зарипов подвергает сомнению слова собственницы здания о том, что ей не было известно о статусе здания. «На суде она заявила, что не знала, что это объект культурного наследия, но мы полагаем, что она искажала информацию». По мнению собеседника издания, информацию об особом статусе здания она получила в музейном объединении Чистополя. «С такими объяснениями [о незнании] можно всю историческую часть республики снести», — подчеркнул Зарипов, добавив, что для Чистополя это решение суда носит беспрецедентный характер, но для Татарстана это не первое дело.

Сама Мусина поначалу отказалась дать комментарий корреспондентам «БИЗНЕС Online», но затем все же заметила, что обжалует решение суда во всех инстанциях. «Это не окончательное решение суда, я буду обращаться везде, где только можно, мои права очень грубо нарушаются, — заявила женщина. — У данного дома не имелось никаких охранных обязательств, охранных документов, я практически обыкновенный покупатель. На месте дома [Федина] построен бревенчатый коттедж». Мусина также пообещала, что обратится с жалобой в прокуратуру на действия СМИ, которые подвергли ее травле. «Там (в публикациях СМИ — прим. ред.) было много такого, чего нет», — подчеркнула собственница и бросила трубку. 

Ценный объект ни в коем случае нельзя было сносить, заметил в беседе с «БИЗНЕС Online» директор Чистопольского государственного историко-архитектурного и литературного музея-заповедника Александр Печенкин. Однако он с пониманием отнесся к женщине, которая приобрела здание. По его словам, при совершении сделки Мусина не знала о статусе объекта, обременения охраны в Росреестре на указанный памятник не было. «Может, человек не до конца понимал, что это объект культурного наследия и есть ограничения по его использованию и сохранению, что собственник обязан согласовывать определенные виды работ в здании. Наша позиция — нельзя было сносить дом. Еще один ценный объект утрачен», — сказал Печенкин, выразив надежду, что случай станет уроком для других покупателей старинной недвижимости в будущем. 

Александр Печенкин: «Может, человек не до конца понимал, что это объект культурного наследия и есть ограничения по его использованию и сохранению, что собственник обязан согласовывать определенные виды работ в здании»Александр Печенкин: «Может, человек не до конца понимал, что это объект культурного наследия и есть ограничения по его использованию и сохранению, что собственник обязан согласовывать определенные виды работ в здании»Фото: «БИЗНЕС Online»

СТОИТ ЛИ ВОССТАНАВЛИВАТЬ МЕМОРИАЛЬНЫЙ ОКН? 

Однако руководство комитета РТ по охране объектов культурного наследия, который выступает третьим лицом в этом судебном процессе, не считает, что Мусина не была предупреждена об особом статусе здания. По оценке председателя комитета Ивана Гущина, собственница здания нарушила целый список предписаний и законодательных норм. По его словам, во время разбирательства суд рассмотрел выписку нотариуса о наличии в договоре купли-продажи дома Федина обременений, предусмотренных ФЗ-73 «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов РФ». Следовательно, уже на данном этапе новый собственник должен был понять, что приобрел. Но на этом нарушения не заканчиваются.

«Сносу объекта капитального строительства должно предшествовать обращение в районный исполком, который бы сообщил о статусе здания и обременениях, которые имеются у строения, но собственник здания исполнительный комитет о своих планах не уведомил, — добавил Гущин. — Кроме того, после сноса памятника и общественного резонанса собственник продолжила игнорировать требования закона и в экстренном порядке начала возводить на территории объекта новый дом. В сентябре 2019 года собственник привлекался судом к административной ответственности в виде штрафа за нарушение закона о сохранении культурного наследия».

Уже после сноса здания, в декабре 2019-го, комитет направил новому владельцу охранное обязательство по охране ОКН, поскольку даже после физической утраты объекта он продолжает находиться в едином государственном реестре объектов культурного наследия (ЕГРОКН).

Иван Гущин: «Мы полагаем, что решение суда о сносе здания, возведенного на месте дома Федина справедливо»Иван Гущин: «Мы полагаем, что решение суда о сносе здания, возведенного на месте дома Федина, справедливо»Фото: «БИЗНЕС Online»

Сейчас по предписанию комитета Мусина должна восстановить все подлинные элементы дома Федина. Но стоит ли этим заниматься после решения суда? Тем более что дом Федина как ОКН обладает не архитектурной, а мемориальной ценностью, ее суть выражается в том, что именно в нем жил советский писатель. С уничтожением объекта уничтожена и его мемориальная ценность, так стоит ли теперь овчинка выделки?

«Мы полагаем, что решение суда о сносе здания, возведенного на месте дома Федина, справедливо, — заметил Гущин. — Есть соответствующий порядок, установленный как Градостроительным кодексом РФ, так и федеральным законом

„Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации“». Более того, после вступления решения суда в законную силу комитет планирует подготовить обращение в адрес прокуратуры РТ об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по факту уничтожения объекта культурного наследия.

Фактически сейчас у собственницы земельного участка есть всего два пути. Первый — заказать государственную историко-культурную экспертизу на исключение данного объекта из федерального реестра памятников и второй — следовать тем требованиям, которые установил комитет — разработать научно-проектную документацию и восстановить объект культурного наследия».

«Федин выступал по местному радио, печатал свои статьи в чистопольской газете „Прикамская Коммуна“, был организатором и участником писательских вечеров, творческих встреч»«Федин выступал по местному радио, печатал свои статьи в чистопольской газете „Прикамская коммуна“, был организатором и участником писательских вечеров, творческих встреч»Фото предоставлено комитетом РТ по охране ОКН

«МНОГИЕ ОКН НЕ ВКЛЮЧЕНЫ В РЕЕСТР, ПО НИМ НЕТ ОБРЕМЕНЕНИЙ»

Историю о сносе ОКН в 2019 году предала огласке помощник президента Татарстана Олеся Балтусова. Она жестко раскритиковала действия новой собственницы, заявив, что о статусе объекта последняя знала и снос был умышленным. Но и прежние владельцы, по ее словам, оказались не без греха — это они сняли с дома мемориальную доску и продали его, известив нового хозяина о возможности сноса, написала Балтусова на своей странице в «Фейсбуке».

«Одноэтажное деревянное, на кирпичном цоколе здание построено в начале ХХ века. Сруб дома обшит тесом. Окна обрамлены прямоугольными наличниками с накладными объемными деталями. <…> Здесь он [Федин] написал пьесу „Испытание чувств“, ряд рассказов-очерков, работал над мемуарной книгой „Горький среди нас“. Федин выступал по местному радио, печатал свои статьи в чистопольской газете „Прикамская коммуна“, был организатором и участником писательских вечеров, творческих встреч», — описала Балтусова ценность здания.

Спустя всего месяц после известия об этом органы охраны с изумлением обнаружили, что, несмотря на продолжающееся расследование обстоятельств дела, Мусина уже залила фундамент под новострой.

Олеся Балтусова жестко раскритиковала действия новой собственницы, заявив, что о статусе объекта она знала и снос был умышленныйОлеся Балтусова жестко раскритиковала действия новой собственницы, заявив, что о статусе объекта последняя знала и снос был умышленныйФото: «БИЗНЕС Online»

«Это большая и системная проблема в масштабах страны, — рассказал корреспонденту „БИЗНЕС Online“ член исполнительного комитета татарстанского отделения ассоциации юристов России Айнур Ялилов. — Многие из включенных регионами в перечни объектов культурного наследия памятников истории и культуры местного и муниципального значения не были включены в единый федеральный реестр ОКН. По многим объектам нет зарегистрированных обременений в едином государственном реестре недвижимости, поэтому мы все еще сталкиваемся с такими ситуациями. Собственницу привлекут к ответственности, ее мера будет определена исходя из того, умышленно или нет она совершила данное правонарушение. Скорее всего, с учетом имеющихся чертежей, фотографий не утрачена возможность воссоздать объект, поэтому, поскольку не отменен статус объекта культурного наследия, власти будут требовать его восстановить». 

Алексей ЛучниковДиана Авакян

Фото на анонсе предоставлено комитетом РТ по охране ОКН

business-gazeta

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here