Снести нельзя оставить: как чета Фишман-Бекмамбетовых бьется за дом Марджани

0
89

Полусгоревший дом жены Марджани на берегу озера Кабан оказался с сюрпризом в виде соседа, чьи владения КЗИО Казани сочло самостроем

Власти Казани добиваются в судах сноса строения, нависшего над «полукамушком», построенным богословом и просветителем Шигабутдином Марджани для своей жены в 1873 году. Бизнесмен, купивший соседний недострой, возвел на его месте двухэтажный особняк, нарастив его еще и дополнив чем-то вроде мансарды. Выкупившая скромный домик Марджани семья помощника президента РТ и исполком Казани считают соседский особняк самостроем. Подробности спора — в материале «БИЗНЕС Online».

«Наталия сказала — сердце кровью обливается от того, какое безобразное отношение к дому выдающегося татарского просветителя. Ну, а я говорю — давай восстановим его», — объяснил Тимур Бекмамбетов приобретение особняка«Наталия сказала: «Какое безобразное отношение к дому выдающегося татарского просветителя». Ну а я говорю: «Давай восстановим его», — объяснил Тимур Бекмамбетов приобретение особняка. Фото из соцсетей

ДОМ С СЮРПРИЗОМ: ТИМУР БЕКМАМБЕТОВ ЗАСВЕТИЛСЯ В СПОРАХ С СОСЕДЯМИ НА БЕРЕГУ КАБАНА

Полуразрушенный после пожара дом жены Шигабутдина Марджани, который приобрела чета Фишман-Бекмамбетовых у ООО «Подарки», обременен сложным «наследством». Напомним, что о предстоящей покупке четой Бекмамбетовых памятника архитектуры республиканского значения на берегу озера Кабан, на улице Марджани, 44, «БИЗНЕС Online» писал еще в середине августа. В планах владельцев — создать что-то вроде культурно-просветительского комплекса, пояснил нам знаменитый режиссер.

«Мы гуляли с краеведами по Старо-Татарской слободе, и они рассказали, что это дом жены Марджани. Наталия тогда сказала: „Сердце кровью обливается от того, какое безобразное отношение к дому выдающегося татарского просветителя, он же так окончательно разрушится“. Ну а я говорю: „Давай восстановим его“», — объяснил Тимур Нуруахитович приобретение исторического особняка.

Объект культурного наследия республиканского значения на Марджани, 44 – дом Бибифатимы Багаутдиновой (Марджани) – Бибихаввы Апанаевой, 1873 года. Архитектор – Петр Романов. Современное состояниеОбъект культурного наследия республиканского значения на улице Марджани, 44 — дом Бибифатимы Багаутдиновой (Марджани) 1873 года. Архитектор — Петр Романов. Современное состояние. Фото: Андрей Титов

Сейчас дом в таком состоянии, что его надо спасать — и срочно. Над проектом будет работать московское архбюро «Рождественка» Наринэ Тютчевой с привлечением казанских экспертов, историков и краеведов, процесс курирует ООО «Подарки» (бывший собственник стал генподрядчиком). Помимо музея, владельцу хочется обустроить комплекс, в котором смогут жить и работать творческие люди, создающие проекты, касающиеся Казани и Татарстана. В общем, что-то вроде творческого гостиного дома с видом на озерную гладь и набережную. Кстати, что-то подобное режиссер организовал в Лос-Анджелесе, в бывшем доме Уолта Диснея. Здание предоставляется в качестве арт-резиденции для российских деятелей искусства, приезжающих в США.

Предполагается, что воссоздание усадьбы в Казани по всем правилам с учетом исторической аутентичности обойдется Бекмамбетовым примерно в $1 миллион. Однако есть один нюанс. Каков смысл таких инвестиций, если по соседству с домом жены Марджани строится бетонный «слон», который, по мнению экспертов, разрушает среду исторической застройки?

Строящееся административное здание на Ахтямова, 2 – владелец ООО «Антек». Это соседнее владение, граничащее с домом МарджаниСтроящееся административное здание на Ахтямова, 2. Владелец — ООО «Антек». Это соседнее владение, граничащее с домом Марджани. Фото: Андрей Титов

Битва со «слоном» началась задолго до того, как полусгоревший домик Марджани стал собственностью Бекмамбетова. Это произошло по инициативе предыдущего владельца дома Марджани. В Арбитражный суд РТ еще в июле был подан иск от комитета земельных и имущественных отношений исполкома Казани о сносе недостроенного административного здания на улице Ахтямова, которое возвело ООО «Антек». Это соседнее владение, граничащее с домом Марджани. По версии истца, недостроенное здание, предназначенное под офис, имеет признаки самостроя. Позиция исполкома такова: соседний объект не должен мешать реставрации памятника, и все надо привести в соответствие с законом.

Рассмотрение иска КЗИО Казани о сносе строения рядом с домом Марджани назначено на 3 ноября. В нем вместо ООО «Подарки» в качестве третьего лица теперь фигурирует новый владелец памятника истории на улице Марджани — Бекмамбетов. Вот так режиссер с мировым именем угодил в судебные тяжбы с соседями в столице Татарстана.

В 2019-м объект выставили на торги — его купило ООО «Подарки», совладельцем которого является известный в Казани предприниматель, реставратор Эдуард КолтунВ 2019-м объект выставили на торги — его приобрело ООО «Подарки», совладельцем которого является известный в Казани предприниматель, реставратор Эдуард Колтун. Фото: «БИЗНЕС Online»

КАК РЕСТАВРАЦИЯ ДОМА МАРДЖАНИ УПЕРЛАСЬ В СОСЕДСКУЮ СТРОЙКУ

Вспомним историю памятника на улице Марджани, 44. «Полукамушек» (первый этаж кирпичный, второй — деревянный) был построен в 1873 году для Бибифатимы Багаутдиновой, супруги известнейшего казанского богослова, историка и просветителяМарджани. Его архитектором стал Петр Романов — он является автором примерно 130 объектов в Казани, в том числе, к примеру, здания Апанаевской мечети 1877 года. Через год после смерти Марджани (он скончался в 1889-м) дом переходит его младшей дочери Бибихавве Апанаевой. Ее муж Габдулла Апанаев — мулла Сеннобазарной мечети, видный публицист, религиозный и политический деятель — был обвинен в контрреволюционной деятельности и расстрелян в 1919 году.

Таким образом, дом связан с семейной историей сразу двух известных богословов, он был включен в список объектов культурного наследия в 2000-м. Из архитектурных особенностей стоит отметить, что дом был спроектирован так, что на улицу выходил лишь небольшим фасадом и со всех сторон был окружен брандмауэрными стенами, а вся жизнь проходила в глубине владения. Главная цель состояла в том, чтобы обеспечить приватность супруги мусульманина.

В советские годы здесь располагались квартиры — это был обычный для Казани жилой дом, каких было много в Старо-Татарской слободе. В 2017 году он горел.


В 2019-м объект выставили на торги — его приобрело ООО «Подарки», совладельцем которого является известный в Казани предприниматель, реставратор Эдуард КолтунТорги были достаточно азартными — 6 участников увеличили стартовую цену с 1,7 млн до 4,7 миллиона. Это дороговато для полуразрушенного дома площадью в 197 кв. метров. Заметим, что Бекмамбетов заплатил за него 5,6 млн (прежний владелец понес определенные расходы, которые, естественно, нужно было компенсировать).

«Прямо на границе территории объекта культурного наследия строится объект, - рассказал Эдуард Колтун.  -  Мы полагаем, что строится с нарушением градостроительных норм»«Прямо на границе территории объекта культурного наследия строится объект, — рассказал Колтун. — Мы полагаем, что возводится он с нарушением градостроительных норм». Фото: Андрей Титов

Вдобавок памятник культуры оказался отягощен проблемами. И основная уперлась в соседей. Когда-то по соседству, на улице Ахтямова, 46/2, стоял деревянный двухэтажный дом семьи мещан Мукминовых (он тоже сгорел). Теперь здесь на участке площадью 396 кв. м высится недостроенное здание. Еще в начале года Колтун в интервью «БИЗНЕС Online» высказывал беспокойство: «Прямо на границе территории объекта культурного наследия строится объект. Мы полагаем, что возводится он с нарушением градостроительных норм по отступам от границ участка и общей площади застройки. В настоящее время идут судебные разбирательства». По словам Колтуна, сначала он пытался договориться — предлагал соседям вести все работы по правилам, но последовала реакция в духе «у нас все согласовано, разрешение есть, все вопросы к городу».

Соседний с памятником дом принадлежит компании «Антек». Как пояснил «БИЗНЕС Online» ее владелец Сергей Смирнов, он приобрел фирму вместе с недостроенным объектом у ее прежнего владельца, некоего Ильдара Валеева. Сделка зарегистрирована в 2018 году. По словам Смирнова, на тот момент были все разрешения на стройку и одобренный проект.

Фарида Забирова считает, что строящееся здание нарушает предмет охраны исторического поселения Казань: «Он не вписывается в среду и по масштабам, и по высоте»Фарида Забирова считает, что строящееся здание нарушает предмет охраны исторического поселения Казани: «Он не вписывается в среду и по масштабам, и по высоте». Фото: «БИЗНЕС Online»

Претензии, однако, к новостройке есть — она построена без обязательной в таких случаях государственной историко-культурной экспертизы. В частности, зампред татарстанского отделения всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК) Фарида Забирова считает, что строящееся здание нарушает предмет охраны исторического поселения Казани. «Он не вписывается в среду и по масштабам, и по высоте. Просматривается даже с другой стороны озера Кабан, нарушает предмет охраны исторического поселения — „Панорама набережной озера Кабан Старо-Татарской слободы“», — заметила эксперт в разговоре с «БИЗНЕС Online».

СУДЕБНЫЕ «ТАНЦЫ»

Земельный участок был предоставлен в аренду ООО «Антек» в 2013 году на трехлетний срок строительства небольшого офисного здания. Как видно из материалов Арбитражного суда РТ, к 2016-му компания владела недостроенным объектом с относительно небольшой площадью возведения. В решении суда стоит цифра в 11,2 кв. м, но это, видимо, опечатка: по другим данным, речь идет о 112 кв. метрах. Застроена была лишь треть участка.

Аренду продлили до 2019 года, но здание опять-таки не было введено в эксплуатацию. Только теперь оно резко «растолстело». Участок застроен практически полностью: пятно возведения занимает 347 кв. м из 396 м площади участка. Но, поскольку предоставить землю в аренду без торгов для достройки незавершенного объекта можно только однократно, продлевать аренду еще раз в КЗИО не имели права. Комитет подает в арбитраж иск с требованием изъять объект незавершенного строительства путем продажи с публичных торгов.

В суде творятся странные, на взгляд постороннего наблюдателя, вещи. КЗИО требует изъятия объекта, а ООО «Антек» не возражает: представитель ответчика признает исковые требования. Судья Бахтияр Мугинов принимает решение: объект изъять и продать с торгов. Непосвященному непонятно: КЗИО хочет продать дом «Антека» с публичных торгов, а «Антек» согласен его отдать… Однако, если перевести букву закона на русский язык, читаем: деньги, вырученные  с аукциона, будут перечислены прежнему владельцу. И закон не мешает связанным с ним лицам торговаться за данную недвижимость до посинения, по сути, переложив деньги из одного своего кармана в другой. Кроме того, добросовестный покупатель потом получает очищенный от претензий объект, дескать, КЗИО так продавал, я так купил — я добросовестный приобретатель, так какие претензии?!

В ООО «Подарки», которое было привлечено к делу в качестве третьего лица, как владелец соседнего участка, имелось другое мнение. Соседское здание — самовольная постройка, поскольку в проектной документации нет заключения государственной историко-культурной экспертизы с оценками влияния стройки на соседний памятник культурного наследия — такая позиция компании приведена в решении суда. Кроме того, с подачи республиканской прокуратуры вмешивается и прокуратура Казани. И с учетом ее мнения КЗИО отказывается от идеи изъятия недостроя и продажи с публичных торгов.

Однако теперь уже «Антек» обращается в суд, чтобы не допустить отказа КЗИО Казани от проведения аукциона по спорному объекту. Последнее по времени судебное заседание состоялось 8 октября в Арбитражном суде Поволжского округа в Казани.

Кирилл Евсеев (на фото с Сергеем Смирновым, владельцем ООО «Антек» (слева): «Мы написали жалобу, потому что это нарушает не только наши права на достройку, но и города, как публичного лица»Кирилл Евсеев (на фото с Сергеем Смирновым, владельцем ООО «Антек» (слева): «Мы написали жалобу, потому что это нарушает не только наши права на достройку, но и города как публичного лица». Фото: Анна Городнова

Логику ответчика корреспонденту «БИЗНЕС Online» объяснил юрист Кирилл Евсеев,представляющий интересы ООО «Антек». Компания, по его словам, изначально была не против реализации объекта с торгов. Когда же исполком подал еще один иск о самовольной постройке и отозвал исковое требование о реализации ее с торгов, компания решила оспорить данное решение, подав кассационную жалобу. «Мы написали жалобу, потому что это нарушает не только наши права на достройку, но и города как публичного лица. Ведь этот недострой стоит уже полтора года, и непонятно что с ним делать. Здание будет стоять, его невозможно будет достроить ни нашим обществом, ни другими лицами», — считает Евсеев.

Представитель исполкома Казани в суде заявила, что отказ от требования выставить спорный объект на торги КЗИО принял правомерно, а доводы «Антека» не обоснованы. «Исходя из требований закона, отказ от иска — это право муниципального образования», — подчеркнула представитель истца. В итоге арбитраж направил дело на повторное рассмотрение в 11-й апелляционный арбитражный суд в Самаре.

Адвокат Михаил Раскин, представляющий интересы ООО «Подарки», обращает внимание на такую тонкость, как пропуск процессуальных сроков оспаривания в кассационной инстанции: «Суд гуманен!» — шутит он. Ну да, так тоже бывает, но все же заставляет задуматься: а почему?

Эскиз, вынесенный на комиссию при президенте РТ в 2014 году. «Проект выполнен в стиле Старо-Татарской слободы, с элементами деревянной обшивки. Здание будет построено на свободном участке», — сообщалось тогдаЭскиз, вынесенный на комиссию при президенте РТ в 2014 году. «Проект выполнен в стиле Старо-Татарской слободы, с элементами деревянной обшивки. Здание будет построено на свободном участке», — сообщалось тогда. Фото предоставлено ООО «Подарки»

ТАЙНЫ СОГЛАСОВАНИЯ: КАК ОБМАНУЛИ КОМИССИЮ МИННИХАНОВА?

Впрочем, судебные баталии — это лишь одна сторона вопроса. Строительство в историческом центре, да еще в Старо-Татарской слободе, — само по себе очень сложное дело. Все проекты проходят горнило градсовета, комиссию при мэре Казани и затем — «историческую комиссию» при президенте РТ. Под председательством руководителя республики  Рустама Минниханова рассматриваются все вопросы строительства в исторических поселениях. Казалось бы, мышь не проскочит! Застройщики стонут, проекты ставятся на паузу, все переделывается по много раз. Недаром же наконец принята концепция исторического центра, цель которой — свести к минимуму данное ручное управление.

Эскиз, датированный 2019 годом. Высота объекта тут даже чуть ниже, чем на эскизе 2014 годаЭскиз, датированный 2019 годом. Высота объекта тут даже чуть ниже, чем на эскизе 2014-го. Фото предоставлено ООО «Подарки»

Не был исключением и спорный теперь объект рядом с домом Марджани. В сентябре 2014 года такое согласование прошло «без замечаний». «Проект выполнен в стиле Старо-Татарской слободы, с элементами деревянной обшивки. Здание будет построено на свободном участке», — сообщалось тогда. Кроме того, подчеркивалось, что застройщик уменьшил масштаб и этажность здания по просьбе комиссии. На эскизе мы видим двухэтажку — и это важный момент.

Как же получилось, что офисное здание теперь «нарушает панораму набережной озера Кабан»? Как получилось, что игольное ушко согласований проскочила не какая-то там мышь, а целый мастодонт? «На градсовете изначально нам представляли другой проект, в формате деревянного зодчества», — вспоминает зампред ВООПИиК Забирова.

Проект, вынесенный на «историческую комиссию» Рустама Минниханова. Пятно застройки 234 кв. метра, площадь озеленения 33 кв. метраПроект, вынесенный на «историческую комиссию» Рустама Минниханова. Пятно застройки — 234 кв. м, площадь озеленения — 33 кв. метра. Фото фрагмента генплана

Таким образом, объект был изменен после того, как его в целом одобрили на комиссии у Минниханова. И, как полагает известный адвокат Раскин, то, каким образом проект офисного здания был в результате изменен, является одним из важнейших нарушений. Возможно, менять проект допустимо — на эскизе стоит штамп «принять за основу». Но комиссия ведь рекомендовала уменьшить объект! То, что фактически площадь здания увеличилась с 875 до 900 кв. м, — пустяк; то, что клееный брус заменили доской, — тоже. Однако при этом на проекте 2016 года заметно изменение конфигурации дома и увеличение пятна застройки. «Офис» увеличили — и вписали его по границам участка. Главное, что строительный объем по факту вырос почти вдвое — с 1,9 тыс. до 3,7 тыс. кубометров, подчеркнули в ООО «Подарки».

Последняя версия проекта: видно, что пятно застройки увеличено до 347 кв. метров, конфигурация здания изменена по границам участка. Площадь озеленения сократилась в 6 раз – до 5,3 кв. метровПоследняя версия проекта: видно, что пятно застройки увеличено до 347 кв. м, конфигурация здания изменена по границам участка. Площадь озеленения сократилась в 6 раз — до 5,3 кв. метраФото фрагмента генплана

И возникает вопрос: как прежнему владельцу «Антека» Валееву (новый собственник Смирнов, по его же словам, купил согласованный проект) удалось пойти на нарушение? Дом вырос по объемам в 2 раза, но на президентскую комиссию его уже не выносили. Видимо, поэтому Забирова сейчас не может узнать в том, что построено по факту, того, что согласовали. Кто в республике уполномочен принимать такие решения в обход президента? На фотографиях, снятых в процессе стройки и сейчас, можно увидеть вместо двух надземных этажей тоже два, но уже с чем-то вроде мансарды. Визуально это выглядит как еще один, третий, этаж, просто без окон.

 «ОБА ЗДАНИЯ, НОВОЕ И ПАМЯТНИК, — ДВУХЭТАЖНЫЕ, А ВЫГЛЯДЯТ КАК СЛОН И МОСЬКА»

Еще одна важнейшая проблема, которая упоминается в решениях Арбитражных судов, — отсутствие историко-культурной экспертизы при получении разрешения на строительство, необходимой для того, чтобы оценить влияние новостройки на находящийся рядом дом супруги Марджани, т. к. это объект культурного наследия.

Михаил Раскин – о сомасштабности: «Оба здания – по документам двухэтажные, а выглядят как Слон и Моська»Михаил Раскин о сомасштабности: «Оба здания по документам двухэтажные, а выглядят как слон и Моська». Фото предоставлено ООО «Подарки»

ООО «Антек» заказало этот документ лишь недавно — его готовил бывший замминистра культуры РТ Игорь Нестеренко, до 2011 года занимавшийся вопросами культурного наследия. Однако вынесенный на общественное обсуждение документ встретил серьезные возражения как со стороны экспертов, так и у  ООО «Подарки».

В письме на имя главы комитета по охране культурного наследия РТ Ивана Гущина бывший владелец дома Марджани указывает на целую массу грубых нарушений. Не будем вдаваться в детали, но тут и нарушения нормативов инсоляции, и противопожарных разрывов (а памятник-то имеет деревянный второй этаж и уже однажды горел). Забирова отмечает, что офис диссонирует с окружением: габариты застройки не должны нарушать облика исторической улицы. Правда, рядом есть и 10-этажка, построенная в то время, когда на подобные диссонансы вообще никак не обращали внимания.

Не заметить здание из монолита прямо через дорогу от набережной Кабана просто невозможно. Оно стоит на перекрестке, затеняя собой полуразрушенный памятник. «5 мая во время традиционного обхода центра города Рустам Минниханов обратил внимание на данное место. Прокуратура республики указала на бездействие прокуратуры города и написала, что нужно подать иск о сносе этого здания», — рассказывает Колтун.

«Сомасштабность — отдельная тема. Оба здания, новое и памятник, — по документам двухэтажные, а выглядят как слон и Моська. Уполномоченные органы должны разобраться», — поддерживает позицию прокуратуры Раскин.

Рассмотрев доводы сторон, в комитете охраны культурного наследия РТ разрешение на возведение новостройки не согласовали. В своем отзыве в суд, правда, комитет не настаивает на сносе объекта, оставляя данный вопрос на усмотрение суда, Теперь, вероятно, следует ожидать судебных экспертиз.

Имеющий глаза – да увидит: два этажа здесь или же три? По словам Сергея Смирнова, проект в таком виде согласовал предыдущий собственник «Антека» — Ильдар Валеев. И там действительно изменили высоту, появилось требование города сделать подземный паркингИмеющий глаза да увидит: два этажа здесь или же три? По словам Сергея Смирнова, проект в таком виде согласовал предыдущий собственник «Антека» — Ильдар Валеев. И там действительно изменили высоту, появилось требование города сделать подземный паркинг. Фото предоставлено ООО «Подарки»

ВЛАДЕЛЕЦ «АНТЕКА»: «ПРИХОДИТСЯ ДОКАЗЫВАТЬ, ЧТО МЫ НЕ ВЕРБЛЮДЫ, ИМЕЯ ВСЕ РАЗРЕШЕНИЯ»

В кулуарах Поволжского арбитражного суда предприниматель и инвестор Смирнов, нынешний владелец ООО «Антек», высказал корреспонденту «БИЗНЕС Online» свою позицию. Когда он приобретал фирму в 2018 году, на участке был вырыт котлован и установлены бетонные плиты. Завершить работы планировалось в январе 2020-го.

«Я подумал, что это хороший вариант для инвестиций. У меня были разные варианты, в том числе вложиться в строительство гостиницы в Европе. Но подкупило то, что была получена вся документация. Выдали разрешение на строительство, и исполком его продлил: был полный пакет документов! Все шло хорошо. Но потом со стороны исполкома пошли непонятные нападки, постоянные проверки контролирующих органов, штрафы», — рассказывает Смирнов. Наш собеседник уже вложил в строительство около 55 млн рублей, но из-за судебных тяжб стройка встала на полтора года. А ведь нужно возвращать заемные средства и расплачиваться с подрядчиками.

Еще до отзыва разрешения на строительство, по словам Смирнова, к зданию проявляли интерес различные инвесторы — там планировалось открыть гостиницу, ресторан или разместить иностранное представительство. Что будет теперь, непонятно.

Касаемо соседства здания с памятником: адвокат «Антека» Евсеев считает, что новостройка никак не нарушает историческую застройку. Он намерен оспорить отказ комитета охраны культурного наследия в принятии их экспертизы в суде. «Они пишут, что объект несоразмерен окружающей среде. Нам это непонятно. Потому что через один участок стоит многоквартирная четырехэтажка. Рядом здание „Татстроя“ в 10 этажейА наш проект подписала главный архитектор Татьяна Прокофьева!» — возмущен юрист.

В разговоре с «БИЗНЕС Online» бывший главный архитектор Казани отметила, что получившийся объект и в самом деле смотрится великовато по сравнению с памятником. На межведомственной комиссии у президента эскиз, безусловно, рассматривали. В 2014 году работа «исторической комиссии» имела не столь жесткий регламент, как сейчас, и повторно эскиз могли уже не выносить на комиссию, если он вписывался в правила землепользования и застройки, местные нормативы градостроительного проектирования и проект зон охраны центра города. Однако, кроме утверждения эскиза, важны дальнейшие этапы проектирования: создание рабочего проекта, прохождение всех необходимых экспертиз. «В самом факте того, что объект строится близко к границе соседнего участка, нет какого-то нарушения. Самое главное правило при разработке проектов новых сооружений в сложившейся застройке — это не нанесение вреда находящимся на соседних участках зданий. И особенно это важно, если соседнее здание является объектом культурного наследия. Поэтому для нового строительства в исторической среде обязательно выполнение раздела рабочей документации, в котором проектировщик обязан указать мероприятия по обеспечению сохранности исторических объектов. Строительство объектов на границе участков допускается при соблюдении определенных правил», — поясняет Татьяна Георгиевна. Например, по границе участков вновь создаваемый объект должен иметь глухую брандмауэрную стену, обращенную к соседнему объекту, т. е. без окон и дверей. При наличии окон необходимо соблюдать противопожарные разрывы между зданиями, размер которых варьируется в зависимости от материалов и конструктивных решений.

Почему компания не провела оценку воздействия на ОКН вовремя, а делает это только сейчас, в 2020 году, когда вовсю идут судебные битвы? Данный вопрос остается открытым. Евсеев пояснил, что с вопросом о проведении земляных работ «Антек» обращался в минкульт РТ, который тогда регулировал застройку в историческом центре Казани (комитет охраны памятников создан в 2018-м). И тогда минкульт, где вопросы охраны памятников курировала замминистра Светлана Персова, ответил, что проводить земляные работы в пределах котлована разрешено. В письме действительно так оно и написано. Кроме того, нет указания на то, что необходима оценка воздействия на окружающую историческую застройку, но в ведомстве вполне могли предполагать, что оценка сделана до получения разрешения на строительство.

Почему же изменился проект и дом вырос, по сути, на этаж? По словам Смирнова, проект в таком виде согласовал предыдущий собственник «Антека» — Валеев. Действительно, там изменили высоту, появилось требование города сделать подземный паркинг. Фасад же планируется с противопожарной обработкой. «Это все удорожание проекта, — говорит инвестор. — Что сейчас делать, непонятно. Мы и достроить не можем, и продать на достройку — тоже! В то же время мы платим аренду за земельный участок, несем расходы на консервацию. Мы пытаемся защищать свои права. Приходится доказывать, что мы не верблюды, имея все разрешения».

Добавим еще один штрих. Как видно из картотеки Арбитражного суда, ООО «Антек» платит аренду, как говорится, из-под палки: в середине сентября КЗИО Казани вышел с иском о взыскании арендной платы за прошедший год.

Дом Мукминовых на ул. Ахтямова, 2 – на его месте согласовали строительство административного здания ООО «Антек». Фото 1970-х годов из архитва ТСНРУДом Мукминовых на улице Ахтямова, 2 — на его месте согласовали строительство административного здания ООО «Антек» (фото 1970-х годов из архива ТСНРУ)Фото предоставлено ООО «Подарки»

 «ПЛОХАЯ АРХИТЕКТУРА, ДУМАЮЩАЯ ТОЛЬКО О КУБИЧЕСКИХ МЕТРАХ, — ЭТО ТОЖЕ СЛУЧАЙ ЖАДНОСТИ»

В свете всего вышесказанного хотелось бы вспомнить то признание, которое сделал Минниханов в ходе научно-практической конференции, посвященной реставрации и сохранению культурного наследия в формате государственно-частного партнерства 7-летней давности.

«В преддверии Универсиады мы поняли, что исторический облик нашей столицы нуждается в каких-то действиях, — заметил президент. — Многие ошибки, которые были совершены, в том числе и нами, долг каждого — исправить свои ошибки, не допуская их в дальнейшем».

Но сейчас эксперты, как мы видим, говорят: то, что происходит возле дома жены Марджани, и есть ошибка. Говорит об этом и Забирова, и комитет охраны культурного наследия, отклонивший экспертизу оценки воздействия стройки на памятник. Пока не дала своей оценки помощник президента РТ Олеся Балтусова — в беседе с корреспондентом «БИЗНЕС Online» она заметила, что вопрос сложный, необходимо поднимать документацию.

Однако и владельцы «Антека» совершенно справедливо пеняют: дескать, смотрите, ну вот же — по соседству 10-этажка «Татстроя». Почему нам нельзя? Логично! Правда, следуя этой логике, рядом с Clover House можно воткнуть еще один: вот им же было можно. Ну так давайте, а что такого! Но все же не зря ведь приняли концепцию развития исторического центра Казани. Может, сделать впечатляющий шаг — взять и снести этот дом «Татстроя» на Ахтямова, 1, разрушающий облик исторической улицы? Если собственники, конечно, согласятся…

Дом Мукминовых на ул. Ахтямова, 2. За ним виднеется дом жены Марджани. 2011 годДом Мукминовых на улице Ахтямова, 2. За ним виднеется дом жены Марджани. 2011 год. Фото предоставлено ООО «Подарки»

Да, когда-то было модно поджигать полусгнившие деревяшки старых домов, чтобы построить на их месте нечто более крутое и доходное. На месте строящегося офиса «Антека» на Ахтямова когда-то стояла деревянная усадьба Мукминовых. Как вы понимаете, она сгорела, а кто был виновником, неизвестно. Теперь вместо относительно небольшого дома Мукминовых пытаются построить «слона» размером с весь участок — там на озеленение оставили 5 кв. метров! Как такое возможно? Каким чудесным образом пропихивали весь проект, если на весеннем обходе Старо-Татарской слободы Минниханов, как говорят инсайдеры, прямо сказал, что он этого не видел, и попросил прокуратуру разобраться?

Любой объект создается усилиями собственников, архитекторов, чиновников. Как-то «БИЗНЕС Online» поинтересовался у представителя «Архнадзора» Рустама Рахматуллина, в чем причина всех бед с исторической средой. Он ответил просто: жадность. «Коррупция или воровство могут быть частными случаями жадности. Плохая архитектура, думающая только о кубических метрах, — это тоже случай жадности. Нежелание реставрировать, когда дешевле построить заново, — это третий случай жадности. Но жадность — общий знаменатель всех ситуаций», — сказал эксперт.

Когда-то думалось, что поджигать старые дома или подгонять бульдозер к ветхим стенам ради новодела на освободившейся земле перестало быть модным в бизнес-среде. Предприниматели научились приспосабливать объекты и капитализировать их так, что они теперь могут жить. Однако разрушение еще не стало стыдным или позорным, чем-то таким, что вообще невместно небедному человеку и порядочному бизнесмену. Поэтому время от времени небедные вроде бы люди зачем-то пытаются развалить старые кирпичи: вспомним дочь Равиля Зиганшина и усадьбу на Подлужной, которую едва не снесли в День Победы. Упомянем здесь также дочь Вагиза Мингазова и шалости с Арской ратушей. Это яркие примеры, попавшие в поле зрения, но, наверное, есть и другие недостаточно богатые люди, которые пока не взялись отреставрировать свои «плачущие» дома? 

Ну а в данном случае на Ахтямова – Марджани в вопросе «снести нельзя оставить» запятую в этом классическом предложении предстоит поставить суду.

Персоны: Фишман-Бекмамбетова Наталия Львовна

Анна ГородноваДмитрий Катаргин

Фото на анонсе из соцсетей


business-gazeta

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here