«Вы не муфтий, а студент»: как Камиль Самигуллин доказал, что Коран и татары неразделимы

0
279
Фото: © Абдул Фархан / «Татар-информ»

Стены Болгарской исламской академии уже больше года не слышали научных прений диссертационного совета. Сегодня паузу решено было прервать, и к 15 докторам исламских наук должны были прибавиться еще двое. Подробнее в репортаже корреспондента «Татар-информа».

Всё началось с Корана

К сожалению, через Совет по присуждению богословской степени сегодня смог пробиться только один претендент. И, несмотря на то что единственным защитившимся был муфтий Татарстана Камиль Самигуллин, в этот раз к нему не было вопросов. Точнее, вопросов у оппонентов было море, но Председатель ДУМ РТ сумел отбить все академические атаки.

Для защиты была выбрана непростая тема (это утверждали присутствовавшие лично и виртуально богословы из стран классического исламского Востока – Ирака, Сирии, Бахрейна, Сирии, Индии, Палестины, Турции) – правила записи (расм) Корана. Полностью тема исследования Самигуллина звучала как «Вклад татарских богословов в коранические науки и в изучение расма (правил записи) Корана». Несмотря на то что особо никто не сомневался в успехе защиты, было видно, что муфтий нервничает.

Ведь специально на защиту приехали его научный руководитель Саиф Али аль-Асри, доктор шариатских наук университета Абу-Даби, а также оппоненты – председатель Верховного шариатского суда (Королевство Бахрейн), доктор шариатских наук Ибрахим аль-Мурейхи и руководитель департамента образования и науки при Лиге выпускников Международного университета аль-Азхар (Египет) Хамдаллах Хафез Мухаммад Ибрахим (ас-Сафти). Оба достаточно неплохо знают наследие татарских богословов, а Мурейхи с особым пиететом относится к личности Мусы Бигиева. Одним словом, этих арабов не проведешь.

Вопросов у оппонентов было много, но Председатель ДУМ РТ сумел отбить все академические атаки
Фото: © Абдул Фархан / «Татар-информ»

«Татары опередили арабов»

Защита проходила полностью на арабском, лишь некоторые вкрапления на русском были от и.о. ректора БИА Айнура Тимерханова, который поправлял и подсказывал гостям с Востока, как правильно соблюдать регламент защиты.

Во вступлении муфтий Татарстана заявил, что гордится самим фактом защиты в Болгаре, в этом особом месте для татар. Дальше Камиль хазрат монотонно стал пересказывать содержание докторской. Особую озабоченность Камиля хазрата вызывало то, что татарское богословское наследие мало изучается, а если дальше так пойдет, то оно просто исчезнет и никто не будет его понимать. «Я выбрал эту тему, чтобы изучать наследие наших предков, татарских богословов, и их вклад внесли в изучение Корана», – объяснял соискатель.

Так, слушая пересказ переводчика, слушатели узнали, что арабская вязь происходит не от сирийского письма, а от набатейского письма. Отдельный пассаж был посвящен истории собирания сур Корана в единую книгу, а также анализу хранящегося в Ташкенте мусхафа, который, по мнению Самигуллина, не имеет отношения к рукописи Корана времени халифа Усмана. После этого докладчик перешел к теме татарских богословов, которые уделяли большое внимание печатанию Корана. Позже это подтвердит гость с берегов Персидского залива аль-Мурейхи: «Обычную книгу можно выпустить и с опечатками, это не проблема. Но это недопустимо в отношении священного Корана. Его текст должен быть без ошибок и проверенным. Таким, каким принесли его от Пророка сподвижники. Великий вклад внесли и татары. Они открыли типографию, они опередили арабов, отправляли мусхафы (книги) в арабские страны, весь мир пользовался этими мусхафами, и это заслуга ученых Казани». Далее Самигуллин упомянет и про специальную комиссию во главе с богословом Мухаммад-Садыком Иманкулый для издания правильного текста мусхафа.   

Иракский шейх Абдурразак пожурил соискателя, что тот использовал слишком широкое понятие «коранические науки»
Фото: © Абдул Фархан / «Татар-информ»

«Вы здесь не муфтий, а студент, соискатель»

Первым своим замечания высказал иракский шейх Абдурразак, преподающий в Иорданском международном университете. Он пожурил соискателя, что тот использовал слишком широкое понятие «коранические науки», хотя следовало ограничиться более узкой терминологией, отдельными изучаемыми отраслями – «расм», «таджвид» и «тафсир». Муфтий смиренно принял критику. Про смирение, впрочем, напомнил и гость из Турции Дершави, сказав хазрату: «Вы здесь не муфтий, а студент, соискатель».

Арабских богословов интересовал вопрос: какой традиции при печатании Корана придерживались татары – «расм Усмани» (стиль, принятый в копии Корана, собранном при халифе Усмане) или «расм Кыяси» (более поздний стиль)? Этот вопрос прозвучал от гостя из Индии – Анвара Ахмада (его можно было узнать по головному убору, напоминающему корону) и представителя самого авторитетного исламского вуза Аль-Азхар Хамдаллаха Хафеза Мухаммада Ибрахима.

В итоге стало ясно, что татарские типографии выпускали в обоих стилях, из-за чего были различия прочтения священного текста. «Первый печатный Коран был основан на стиле «расм Усмани», а через 5 лет печатная версия Корана была на основе «расм Кыяси». Отсюда возникли разногласия между этими изданиями. 7 января 1909 года Муса Бигиев написал статью в газете, где указал ошибки в издании казанского Корана. В итоге в Казани в доме Мухаммада Рахимова собралось 300 человек и обсуждали этот вопрос», – разъяснил муфтий.

Ибрахим аль-Мурайхи рассказал, что написал книгу о ученых татарах и Болгарская академия издала ее
Фото: © Абдул Фархан / «Татар-информ»

«Если в деревне нет коня, то конем называют осла»

Ибрахим аль-Мурайхи в своем выступлении рассказал, что написал книгу о ученых татарах и Болгарская академия издала ее. «Я заметил, что татары большое внимание уделяли наукам Корана. И они отправлялись в Среднюю Азию и другие страны, чтобы изучить священный Коран, и, будучи отдалены от мусульманских цивилизационных центров, передавали эти знания из поколения к поколению. Например, Галимджан аль-Баруди получал знания от великих ученых Египта, читал перед ними Коран. Габдрашид Ибрагим, когда он отправился в Мекку, то получал знания от великих чтецов Корана. Закир Биннур обучался у великих ученых Мекки, знавших науку «кыраат». Он обучался и получал их. Эта докторская Камиля Самигуллина – продолжение этой темы», – отметил гость из Эмиратов. Также он добавил, что «когда я прочел эту работу от начала до конца внимательно, то обнаружил, что соискатель приложил усердие не только как теоретик, но именно как практик». Муфтий удостоился похвалы за то, что он сам знает Коран наизусть, досконально изучил издания Корана из других стран, а также сам имел отношение к изданию текстов Корана.

Поблагодарив совет, муфтий закончил в лучших восточных традициях: «У татар есть поговорка: “Если в деревне нет коня, то конем называют осла”». Несколько опешивший модератор поправил скромного соискателя: «Нет, вы настоящий скакун».  

С этим согласились почти все участники заседания. Голосование было тайным, и один из 16 присутствовавших членов совета решил воздержаться. В итоге из 18 членов совета 15 поддержали Самигуллина, один воздержался, а еще двое отсутствовали.

Голосование было тайным, и один из 16 присутствовавших членов совета решил воздержаться
Фото: © Абдул Фархан / «Татар-информ»

«В планах – не останавливаться и дальше изучать эту тему»

Состоявшуюся защиту корреспонденту «Татар-информа» прокомментировали ее участники.

Камиль хазрат Самигуллин, муфтий Татарстана:

«Можно сказать, что очень много лет изучаю эту тему, потому что перед этим уже есть некий фундамент. Я углубляюсь в эту тему не первый год, но что касается именно работы, то она писалась два года. Самое большое открытие в ходе работы? Оно было не одно. Мы узнали много нового, в том числе о тафсире богослова Мурада Рамзи. Мы сейчас его переводим. Это очень сложная работа, ее очень сложно переводить: там татарский с китайским акцентом плюс своеобразный шрифт. Но потихоньку получается переводить его на кириллицу. Это стало результатом, плодом того, что я начал увлекаться этой темой. Впереди новые издания Корана, которые сейчас готовятся. В планах – не останавливаться и дальше изучать эту тему. Впереди еще много работы: в начале года мы начали писать рукописный Коран, уже написали 6 джузов, впереди еще 24».

Ибрахим аль-Мурейхи, председатель Верховного шариатского суда Бахрейна, маликитский ученый:

«Я был знаком с работой уважаемого Камиля хазрата Самигуллина еще до ее защиты. В ней автор рассказывает об ученых Татарстана, внесших свой вклад в науку корановедения, а также о том, какое усердие они вкладывали в свою работу. Этот материал является прекрасным дополнением к тому, что писали прежние ученые, такие как, например, Галимджан Баруди. Эти исследователи отправлялись в различные арабские страны, получали там знания, затем возвращались в Казань и распространяли добытую информацию.

Помимо этого, данная работа показывает, что издание первого казанского Корана произошло именно здесь. Этот момент играет важную роль не только в Татарстане, но и в арабских странах».

Мухамед Айман аль-Захрави, преподаватель Болгарской исламской академии:

«Работа Камиля хазрата Самигуллина показывает, какую роль сыграли татарские богословы в развитии коранических наук. У татарских богословов есть очень большое наследие, есть много трудов, о которых, к сожалению, не знают люди. Все это нужно обязательно оживлять и возрождать.

Работа, проделанная Камилем хазратом, имеет очень большое значение, очень большой вес. Она заслуживает того, чтобы получить уровень докторской степени. И я хочу попросить жителей Татарстана, чтобы они всячески старались заниматься рукописными источниками, имеющимися на территории республики. Это будет способствовать возрождению истории».

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here