“Мулла-обманщик”: как это было

0
102
На фото: И. Ганеев и Ш. Хиялетдинов

Сегодня, 15 июля 2022 года исполняется 120-летие со дня рождения Ибрагима Ганиева – самого видного мусульманского религиозного деятеля Куйбышевской области послевоенного периода.

Как в советское время в Куйбышеве боролись с исламской идеологией и религиозными служителями, каково приходилось знатокам религии, которых люди считали своими имамами, рассказывает нашим читателям Шамиль Галимов, проводя небольшую историческую экскурсию по случаю дня рождения Ибрагима Ганиева.

Недавно в газетном хранилище Самарской областной универсальной научной библиотеки (СОУНБ) я обнаружил материал, о существовании которого давно знал. Дело в том, что двадцать лет назад, в 2002 году, мы в газете «Азан», в первый раз в национальной печати, готовили статью, посвященную 100-летию со дня рождения Ибрагима Ганиева – самого видного мусульманского религиозного деятеля Куйбышевской области послевоенного периода. Наш основной источник информации – его дочь Дания апа Шамсутдинова тогда подробным образом рассказала все, что она знала о жизни и проповеднической деятельности своего отца. Вспомнила она также о том, что как-то в областной газете был опубликован очень гадкий фельетон, главным героем которого стал «самозванный мулла» Ганиев. После чего отец был очень огорчен и недоумевал: за что, ведь он никому ничего плохого не делает, домашние сборы людей закон не запрещает, это личное дело каждого…

Дания Ибрагимовна (к сожалению, она уже окончила свой земной путь), конечно, не могла назвать ни год, ни месяц, когда появился этот, как она называла, фельетон…. И вот через много лет, работая с газетой «Волжская коммуна» совсем по другой теме, я наткнулся на броский заголовок на третьей полосе «Во имя аллаха». С первых строк стало ясно: этот самый «фельетон», о котором говорила Дания апа. (Люди старшего поколения помнят: был такой жанр в советской журналистике, появление которого нередко приводило к снятию людей с должности, исключению из партии, а, бывало и к возбуждению уголовного дела). Но в нашем случае это оказался не сатирический памфлет, а материал несколько другого жанра. Предлагаем читателю самому без предварительных комментариев с ним ознакомиться. Думается, он будет интересен, прежде всего, молодежи – для них это еще одна иллюстрация того, как наше государство в начале 1960-х годов относилось к религиозной идеологии и каково приходилось знатокам религии, которых люди считали своими имамами. Повод к такому историческому экскурсу сейчас очень подходящий – сегодня 15 июля 2022 года исполняется 120-летие со дня рождения Ибрагима Ганиева.

Против чуждых нравов и идей. ВО ИМЯ АЛЛАХА.

В семье жителя города Куйбышева по имени Хафиз радостное событие: дочь выдают замуж. Но вместо обычного оживления в доме раздается заунывное чтение:

«Мужья стоят выше жен, аллах дал преимущество мужьям над женами. Жены должны быть покорны. Тех жен, которые упрямы, вразумляйте, делайте им побои… Если захотел заменить супругу другой, делай это…».

Затем читаются правила, регулирующие у мусульман развод. Явно неподходящая тема в день свадьбы.

Правда немногие из присутствующих улавливают смысл древнеарабского текста корана. Но когда началась обильная трапеза, проповедник Ибрагим Ганиев, выдающий себя за муллу, перешел на понятный язык. В перерывах между блюдами он пустился поучать молодых, что только аллах может поставить их на правильный путь, что только от него можно ждать помощи, нужно молиться аллаху и просить у него милости.

После венчания, с щедрым «садака» в кармане, Ганиев спешит в другой дом, на поминки. Снова чтение корана, проповеди и нравоучения.

Любой повод использует Ганиев для пропаганды отживших, не свойственных нам обычаев мусульман. Старики одобрительно кивают, слушая Ибрагима, а большинство молодых добродушно посмеиваются. Однако никто не прерывает разглагольствования распоясавшегося проповедника мракобесия. И, конечно, для некоторых плавная речь о религии, обильно сдобренная цитатами из корана, не проходит бесследно…

Ганиев и подобные ему не решаются теперь пользоваться примитивными объяснениями корана о происхождении земли и явлений природы, могущими вызвать смех или недоумение у каждого грамотного человека. Не рассказывают они теперь легенды, будто земля создана аллахом за 6 дней, новолуние введено им для определения времени года и праздников, а ночь наступает по воле аллаха для того, чтобы люди могли вести счет дням. Глава «Хиджр» также забыта – проповедников не устраивают содержащиеся в ней выдумки, будто человек создан из глины.

Выдергивая отдельные стихи корана, мусульманские проповедники пытаются приспособить их к требованиям современности, перекрасить человеконенавистническую мораль ислама и выдать ее за мораль трудящихся. Они поднимают на щит стихи о честности, миролюбии и трезвости, о чем в коране говорится мимоходом, вскользь, и делают попытки сочетать их с нормами морального кодекса строителя коммунизма.

Несостоятельность подобных попыток очевидна. Антинаучные, консервативные и реакционные традиции мусульманства противоположны идеям коммунизма.

Резко отличатся от нашего понятия о честности проповедуемая кораном «честность» торгаша, наживающегося на обмане. «Бог позволил прибыль в торговле», – сказано в этой «священной» книге (глава 2, стих 276). Богоугодным промыслом признается «халял касиб» – сделки спекулянта, лишь бы он задаривал из своих барышей мулл и их приспешников. Бедняк же предупреждается: «не засматривайся очами своими на те блага, какими наделяет аллах некоторые семейства».

Проповедники ислама не могут не учитывать стремлений человечества к миру, дружбе между народами и человеколюбию, поэтому они делают бесплодные потуги, стремясь доказать, что к этому же призывают религия и коран. Естественно, они умалчивают, что ряд глав корана насыщен непримиримой ненавистью к людям иной веры, содержит призыв к войне с людьми, не поклоняющимся «единому» аллаху и его пророку Мухаммеду. В главе «Тауба» («Покаяние») заклинают мусульман не вести дружбу даже с отцом и братом, если они неверующие.

Будучи не в состоянии отрицать успехов социалистического строя и популярности идей коммунизма, они лепечут, будто социализм и коран не имеют расхождений, что идеи коммунизма будто бы изложены в коране. В таком духе выступал один из мулл в Похвистневском районе, так же говорит в кругу молодежи Ибрагим Ганиев. В доказательство этого они ссылаются на стихи корана, где поощряется освобождение раба. Однако проповедники умалчивают о многочисленных стихах корана, закрепляющих бесправное положение рабов и требующих от слуг беспрекословного подчинения хозяину. Не рассказывают они верующим, что коран разрешает мусульманам пользоваться рабынями как вещью для удовлетворения своей похоти, ставится лишь условия вознаграждения их за это («Жены», стих 28).

Коран, как источник невежества и мракобесия, выдается за священную и чудодейственную книгу. Проповедники всячески поощряют прочтение «от корки до корки», а то и неоднократное, этой объемистой книги в несколько сот страниц у постели больного или во имя исполнения желаний верующего. Невероятный галдеж десятка чтецов, вслух читающих каждый свой раздел, выдается за священный ритуал. Знали бы эти одурманенные мамаши, о чем читают эти «лекари» возле постелей их больных их детей. Невдомек им, признаваемые «священными» на самом деле рассказывают о долговых обязательствах, купле-продаже и прочей ненужной чепухе. Читаются и бесстыдные описания интимных сторон жизни супругов.

Чаще всего чтецы и не задумываются о содержании прочитываемого, их заботят лишь платочки с завернутыми в уголок рублями, причитающимися за чтение.

В каждой главе корана говорится об обязанности мусульман делать пожертвования в угоду богу, об отчислении части доходов для богоугодных дел. Эти стихи умело используются тунеядцами, безбедно проживающими за счет доходов от религии. Особенно преуспевает при этом Ибрагим Ганиев. Где бы он ни выступал, о чем он ни проповедовал, непременно пространно говорит о необходимости приношений и подаяний, цитируя соответствующие стихи из корана.

«Спрашивают тебя: что отдавать на пожертвования? Скажи: лучшее из имущества. Так велит нам аллах», – говорится в излюбленной проповедниками мусульманства «Бакар» («Корова»).

Для непослушных наготове угрозы из главы «Тауба»: «Тому, кто прячет ценности и не жертвует их на путь божий, сообщи о лютой муке, когда им выжигаемы будут клейма на лбах, боках и спинах; прятали – узнайте же вкус спрятанного!».

Рассчитывая на щедрость правоверных, проповедники обещают им вымолить у аллаха все, что угодно: и прямой путь в рай, и всякие блага на земле. Чем состоятельнее верующий, тем больше благ испрашивается для него у бога.

Трудно выяснить, что больше действует: уговоры, угрозы или старая привычка задаривать мулл, но подаяния обильно текут в широкие карманы Ганиева и ему подобных. Чтобы доходы не сокращались, а росли, Ганиев и его сподвижники изыскивают разные способы создания себе популярности среди верующих. Это он «по секрету», например, сообщил верующим, что является обладателем чудотворного халата покойного «святого» Гатауллы со следами его слез на рукаве. Достаточно будто бы приложить рукав к больным глазам, и болезни как не бывало, Ганиев выдает себя за ученика этого богослова, хотя, по его собственному признанию в редкие минуты откровенности никогда им не был. Выдает Ганиев себя за муллу, хотя также не был им, никто и никогда не выбирал и не назначал его на эту должность. В расчете на разжигание религиозного фанатизма у верующих он рассказывает свои «божественные» силы и сам же толкует их. Заснул якобы Ибрагим после бесконечных молений в один чтимых мусульманами праздничных вечеров, и снится ему, что идет в белоснежной чалме, и рядом важно шагает коза в чалме. Видит – покорно шествует за Ибрагимом и козой сначала небольшая толпа, потом присоединяются все новые мусульмане, среди которых он узнает своих знакомых. Все вслух прославляют бога.

– Коза – символ веры, – толкует свой «сон» Ибрагим, – следуйте моим советам, укрепим религию и дух мусульман.

– Остерегайтесь ненасытной жадности, не скупитесь и подавайте «садака» в угоду богу – заканчивает он, как всегда, свое выступление.

Авторитет у доверчивых людей краснобай Ганиев завоевывает также лестью состоятельным верующим и клеветой на своих конкурентов «по божьим делам».

Изо всех сил рекламирует мужа Фатыма Ганиева, которая, как бывший торговый работник, имеет в городе обширный круг знакомых. По словам этой бойкой женщины, и умный он, Ибрагим, и самый ученый по всей области – учился у самого Гатауллы, молится он ночи напролет и ведет жизнь святого.

Сама Фатыма тоже подрабатывает, исполняя требы среди женщин. Говорят, раньше Фатыма любила, подвыпив, затянуть народную песню «Зиляйлук», теперь же, обученная мужем, поет только божественное из корана.

Справедливо говорят знающие эту семью, что их помыслы направлены вовсе не на веру в бога, а на то, чтобы побольше заработать на одурманивании населения, на обмане. Обман стал профессией Ганиева. Обманом является уже то, что ни он, ни его жена не являются официальными представителями духовенства, а выдают себя за таковых. За свою жизнь Ганиев проработал всего 9 лет, но после издания нового положения о пенсиях он срочно устроился на работу – три месяца заменял свою жену в промтоварном киоске и ухитрился оформить уход оттуда на пенсию. При этом обманул бывшего своего сослуживца Уйманова, являющегося теперь руководителем одного из райпотребсоюзов, и приписал себе с его помощью несколько лет трудового стажа. С тех пор государственная пенсия дополняет доходы муллы-обманщика.

Получая приличную пенсию, Фатыма также не отказывается от «приработков» за исполнение треб.

Этим занимаются не одни Ганиевы. Во имя аллаха «подрабатывают» на невежестве людей и пенсионеры Гильманов Хайрулла в Октябрьском районе Куйбышева, Вафин Габдулла в Чапаевске и некоторые другие.

К сожалению органы социального обеспечения не обращают на это внимания. Удивляет и равнодушие городских и районных организаций к нарушителям правил, регулирующих деятельность религиозных организаций.

Автор: А. Абубакиров.

Вместо послесловия.

Материал из газеты «Волжская коммуна» от 17 ноября 1964 года можно было бы, что называется, разобрать по полочкам. Но, думается, в этом нет необходимости, поскольку читатель, хоть немножко посвященный в тему мусульманской религии и государственно-религиозных отношений, сам понимает, что к чему. Мы ограничимся только моментами, мимо которых нельзя пройти.

Автор статьи, вероятно, кто-то из «своих», тоже сидел (возможно, не раз) за тем же столом и слушал Ибрагима Ганиева, иначе не мог бы так точно передать атмосферу тогдашних меджлисов в домах куйбышевских татар.

Надо согласиться с тем, что он пишет абсолютно правильно: никто Ганиева не выбирал на должность муллы, имама. Но его и невозможно было избрать, потому что власти города и области (издающие эту самую газету) почти двадцать пять лет (с 1944 по 1967 год) под разными предлогами отказывали мусульманам города в создании своей организации. Как же тогда в Куйбышеве мог быть законный мулла?

Ничего здесь не сказано о судьбе «святого Гатауллы». Напомним, это мухтасиб города Мелекесс Гатаулла Губайдуллин, расстрелянный НКВД 16 апреля 1938 года. А также о десятилетнем заключении самого Ибрагима Ганиева. У обоих перед Советской властью вина была одна – они были религиозными служителями. Верно сказал великий Сократ: половина правды – это целая ложь.

И, наконец, последний абзац. «Не обращают внимание…. Удивляет равнодушие…». Откуда такие мягкие выражения?! Объяснение одно: наступили другие времена. В 37-м после такой разгромной статьи дело обычно принимало совсем другой оборот… А теперь, в 60-е годы, государство уже ничего не могло поделать с религиозной идеологией и верующими, так как начало понимать: оно эту борьбу проиграло.

Истории по случаю 120-летия Ибрагима Ганиева читайте на татарском языке в материале газеты «Бердәмлек” на нашем сайте.

Шамиль Галимов

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here